Армяно-турецкий процесс был одним из труднейших шагов моей жизни – Серж Саргсян

10:06 • 17.09.10

На самом деле это был один из труднейших шагов в моей жизни, но я осознанно пошел на него. Об этом Серж Саргсян сказал в интервью, данном украинскому изданию «Профиль», отвечая на вопрос «Вы – автор беспрецедентной инициативы по урегулированию отношений с Турцией без предварительных условий. Скажите, насколько трудно вам было пойти на этот шаг, понимая остроту критики, в том числе со стороны армянской диаспоры, с которой вы столкнетесь? Насколько сложно было справляться с сопротивлением общественного мнения?»

«Да, турки совершили геноцид. Да, они отняли наше жизненно важное пространство. Да, они после совершения преступления в течение ста лет отрицали его и продолжают отрицать. А отрицание преступления – это, может быть, еще худшее преступление. Но с другой стороны, в современном мире почти не существует государств, которые не имели бы исторических проблем, нерешенных вопросов во взаимоотношениях друг с другом.

Цивилизационный ответ на такие вызовы – это полномасштабное сотрудничество без предварительных условий. Установление дипломатических отношений, открытие границ принесет пользу не только Армении и Турции, а и Грузии, Азербайджану, всему нашему региону. Поэтому я считал неправильным быть в позе обиженного, ущемленного, ждать, пока турки сами признают геноцид, и лишь после этого возобновить отношения. Мой подход был воспринят неоднозначно в нашем обществе, тем более среди армян, проживающих за пределами страны. И это понятно: наш народ эмоциональный, в те годы пострадала каждая армянская семья.

Я понимаю людей, которые порой выходили на улицы, чтобы в очень многих случаях нелестными словами выразить свой протест против политики примирения с Турцией. Но я рад, что в конце концов наш народ понял эту идею. Сейчас, я думаю, осталось очень мало людей, считающих, что мы были неправы. Наша инициатива была продиктована трезвым разумом и нисколько не противоречила нашим национальным интересам.

Желание установить с турками отношения без предусловий ни в коей мере не означает, что мы отказываемся от процесса международного признания геноцида или же идем на какие-то уступки. Для того чтобы турки признали геноцид, были испробованы практически все пути, за исключением пути не конфронтации, а объяснения турецкому обществу всей трагедии тех времен. После того как мы начали этот процесс, в турецком обществе начались, может быть, неожиданные для многих процессы: в больших городах Турции молодые люди выходили и говорили о геноциде.

Конечно, наши отношения не сложились на этот раз. После того как мы подписали известные двусторонние протоколы (об установлении дипломатических и развитии двусторонних отношений. – Ред.), турецкая сторона отказалась ратифицировать их в парламенте. Сейчас мы ждем, когда в Турции появятся политическая сила или лидеры, которые готовы будут проявить политическую волю».