Найдены уникальные письма Джерома Сэлинджера

К списку вещей, которые Джером Дэвид Сэлинджер выносил с трудом, мы можем теперь добавить помпезные выпускные и заморские путешествия с тюльпанами, передает MIGnews.com.

«Я бывал на выпускных, и мало что может сравниться по претенциозности и утомительности, чем лицезрение «преподов» и выпускников в академических нарядах», — писал он другу в июне 1982 года, признаваясь, что однажды едва удержался от того, «чтобы не сблевать».

Такую же висцеральную и непечатную реакцию вызвал у него шквал тюльпанов, которыми его встречали во время трехнедельного турне по Европе в 1994 году. В письме тому же другу он с облегчением отмечал, что Кафка не видит, в какую «ловушку для туристов» отцы города превратили его дом в Праге. Сэлинджер жаловался также на то, что в Европе ему пришлось искать рестораны, способные предложить «благопристойный, огромный зеленый салат», пишет Компьюлента.

Известный своей болезненной реакцией на целый ряд вещей, начиная с любителей автографов и вряд ли заканчивая обманами Парк-авеню, уроженец Нью-Йорка Джером Дэвид Сэлинджер переехал в Нью-Гемпшир и отказался от публичной жизни через два года после публикации культовой повести «Над пропастью во ржи» (1951). Истовый затворник позволил себе с тех пор лишь горсточку интервью. Скончался писатель в 2010-м в возрасте 91 года.

Его взгляды и чувствительность к современной городской жизни, отчасти выраженные в образе Холдена Колфилда, героя упомянутой книги, проглядывают там и сям в редких дружеских письмах.

Новая серия отрывков, процитированная выше, извлечена из переписки, которую он вел на протяжении нескольких десятилетий с Майклом Митчеллом, ныне покойным иллюстратором, чья сбежавшая с карусели лошадь украсила обложку первого издания «Над пропастью во ржи».

После того как Сэлинджер отказался подписать экземпляр повести Митчеллу в 1993 году, художник продал букинисту 11 писем писателя (самое старое датировано 1951 годом). Со временем, в 1998-м, они оказались в Моргановской библиотеке и музее. Публике письма стали доступны в прошлом году, после смерти Сэлинджера.

Старинная подруга Митчелла Рут Линке с тех пор нашла еще три письма, они тоже попали к Моргану. Одно из них она обнаружила в паспорте Митчелла — вместе с фотографиями двух маленьких детей Сэлинджера и трудной домашней работой по математике, которую сын Сэлинджера Мэтью сделал в 1966 году в возрасте шести лет. Ему понадобилось две строчки, чтобы подписаться. Фотокарточки и домашняя работа, по всей видимости, были вложены в те письма, которые уже находились в коллекции музея.

Этим летом, разбирая последние коробки Митчелла, она наткнулась еще на два письма в неподписанном экземпляре «Над пропастью во ржи». «Месяц назад, словно из ниоткуда, мне пришло электронное послание», — вспоминает радостный Деклан Келли, отвечающий в Моргане за литературные и исторические рукописи.

Одно из приобретений — то самое, в котором автор чернит тюльпаны, — выставлено в корпусе Маккима, где находилась личная библиотека Дж. П. Моргана. Посмотреть на письмо можно будет до 25 сентября — вместе с композицией, которую Моцарт написал в пять лет, и стихотворениями четырнадцатилетней Сильвии Плат.

Два других послания Сэлинджера публика узрит в будущем году.

Новые поступления — это фирменный стиль Сэлинджера, окропленный восклицаниями и словечками «простого парня» вроде «понты» (buddyroo) и «ну я и дебил».
Имеется там и привычная смесь высокого и низкого, которой приправлено творчество Сэлинджера. В том же письме 1994 года, где идет речь о Кафке, упоминается Бетти Лу, кукла из «Улицы Сезам». Сэлинджер отмечал, что ему проще разобрать писк этой маленькой девочки, чем мягкий тон супруги. Став тугоухим, он постоянно переспрашивал: «Что?», а телевизор мог смотреть только с субтитрами. За одним, впрочем, исключением — когда показывали «39 ступеней» Хичкока. Этот фильм, по его словам, он знал почти наизусть. А еще предлагал размещать субтитры на лбу актеров: так удобнее, не правда ли?

Поклонников Сэлинджера наверняка обрадует новость о том, что во вновь обнаруженных письмах есть намеки на некие неопубликованные работы. В 1982 году писатель упоминал какие-то рукописи. А в 1994-м признался: «Я продолжаю работать. В старом режиме, довольно много».

Самое свежее послание, написанное два дня спустя после Рождества 1995 года, — забавнее всего, хотя Сэлинджер подчеркивает, что никаких интересных новостей нет. Половина этой открытки посвящена восхвалению кошек. Ода начинается так: «Порой я не могу вспомнить, что находил в собаках столько лет». Каждую ночь два котенка и крупная русская голубая чувствовали себя как дома на супружеском ложе. Сэлинджер отмечал, что, когда котята вырастут, он, возможно, попросит жену освободить свое место...