Сокуров показал в Венеции «Фауста»

На Венецианском кинофестивале состоялась мировая премьера фильма Александра Сокурова «Фауст», передает РИА Новости. В ленте, участвующей в основном конкурсе фестиваля, титульный герой представлен не мифологическим, а живым персонажем, тогда как Мефистофель низведен до роли ростовщика, объяснил журналистам режиссер Александр Сокуров.

«Фауст» - заключительная часть тетралогии о природе власти, задуманной Сокуровым еще в середине 1980-х годов: «Молох» (1999) был посвящен Гитлеру, «Телец» (2001) - Ленину, «Солнце» (2005) - императору Хирохито.

«Я считаю Гете и «Фауста» фундаментальным явлением, основой для всей мировой культуры XIX века. Но Фауст для меня - фигура живая, человеческая, не мифологическая. В его судьбе есть все, что может случиться с живым человеком. И прочие персонажи тетралогии - тоже реальные, живые люди», - заявил Сокуров.

Он добавил, что актера, способного сыграть живого Фауста, искал по всей Германии, Австрии, Скандинавии и Исландии, остановившись в итоге на Йоханнесе Цайлере из Венского драматического театра, который пленил режиссера органикой и профессионализмом. Роль противника заглавного героя досталась основателю театра DEREVO Антону Адасинскому, хотя его реплики в итоге пришлось переозвучивать немецкому актеру, так как съемки велись по-немецки, а Адасинский языком почти не владел.

«Язык - это характер, подтексты, эстетика, этика. Гете без немецкого языка неосуществим», - особо отметил Сокуров.
Он объяснил, что если Фауст из мифологической фигуры превращен в реальную, то «непрофессионально и непоследовательно было бы, если бы такой же трансформации не был подвергнут и персонаж Мефистофеля». В фильме вместо дьявола-искусителя фигурирует ростовщик.

«В моем представлении роль дьявольского начала решительно преувеличена. Если мы считаем, что дьявол - серьезный, большой противник, враг человека, не заблуждаемся ли мы? Ведь он решил проявить несогласие с самим Богом. В этом что - есть разум? Понимание реальности? Как можно такую глупую силу считать серьезным противником? Это игра, попытка поставить между человеком и Богом какой-то персонаж, на который можно списать все человеческие проблемы», - говорит Сокуров.

Режиссер подчеркнул, что работал не над экранизацией поэмы Гете, а над четвертой частью тетралогии, решая таким образом «вполне самостоятельную задачу». По его словам, тетралогия строится «как квадрат или окружность: с какой судьбы ни начни, это будут круги человеческой жизни».