27 октября в зеркале армянской прессы
Сегодня 12-ая годовщина террористического акта 27 октября. В этот день в 1999 году вооруженная банда во главе с Наири Унаняном ворвалась в зал заседаний парламента Армении и осуществила беспрецедентный террористический акт, расстреляв 8 государственных деятелей.
Жертвами террора стали председатель Национального Собрания Карен Демирчян, премьер-министр Вазген Саргсян, вице-спикеры парламента Юрий Бахшян и Рубен Мироян, депутаты Микаел Котанджян, Генрик Абраамян и Арменак Арменакян, министр Леонард Петросян.
По решению от 2 декабря 2003 года суд первой инстанции общин Кентрон и Норк-Мараш Еревана осудил Наири Унаняна и пятерых членов его преступной банды на пожизненное заключение, еще один член бынды был осужден на 14 лет лишения свободы. В дальнейшем осужденный на пожизненное заключение Врам Галстян совершил самоубийство.
В связи с годовщиной терракта газета «Жоховурд» побеседовала с братом ставшего жертвой данного преступления премьер-министра Вазгена Саргсяна Арамом Саргсяном и вдовой вице-спикера НС Юрия Бахшяна Анаит Бахшян.
«У меня (и не только у меня) такое впечатление, что после 27 октября 1999 года время остановилось. И это впечатление, в основном, содержит в себе политическое содержание. В 1998 году союз «Миаснутюн» («Единство») был верой общества: единство Карена Демирчяна и Вазгена Саргсяна внушило обществу надежду на справедливую, в рамках закона, благосостоятельную жизнь в собственой стране. К несчастью, после 27 октября у общества подобные политические ожидания больше ни разу не сформировались.
Во время президентских выборов 2003 года вера возродилась, и во главе со Степаном Демирчяном народ вновь пошел на выборы. То же самое произошло на президентскихвыборах 2008 года во главе с Левоном Тер-Петросяном, однако действующие власти сделали все, чтобы эта вера у общества не родилась и остановилась. И в этом плане страна осталась в том же положении, что и 27 октября 1999 года», - сказал Арам Саргсян.
Анаит Бахшян сказала: «Прошло 12 лет... Почему не раскрыто? Для меня некоторые вещи в общей сложности раскрыты, особенно то, кто был организатором, как люди внесли оружие в НС, как никто не остановил их... Кто их спонсировал, кто убил Арменакяна не в зале заседаний, а возле входа? Кроме этих семерых подонков, сколько вооруженных лиц было за пределами зала заседаний, в коридорах? На эти вопросы суд не дал четкого ответа, но ход судебного разбирательства показал, что, кроме вошедших в зал заседаний 7-х убийц были вооруженные люди, подонки, совершающие какие-то указания.
Я никогда не поверю, что убийцы, исходя из собственных амбиций или еще не знаю чего, решили пойти и своершить злодеяние в Национальном Собрании. Всегда спрашивают: «Как вы думаете, раскроется ли когда-нибудь 27 октября?». Чтобы раскрылось, нужно, чтобы много людей сменилось, и чтобы человек очень изменился».
Главный редактор газеты «Аравот» пишет: «О 27 октября сказано очень многое. Сказано чувственно, на предположительном уровне. В правовом и политическом плане, вероятно, еще есть, что сказать. Однако эти две сферы, как это обычно бывает, мешают друг другу, не позволяют восстановить полную картину террора.
Ясно, что это, по сути, государственный переворот, посредством которого были физически уничтожены имеющие реальную власть лидеры, и властью завладел президент, имевший до этого статус английской королевы.
Однако, полагаю, неправильно искать единственный «стимул» террора во внутренней жизни страны: много раз говорилось о том, что в данный момент на столе лежал крайне неблагоприятный (я бы даже сказал самый неблагоприятный) для нас вариант урегулирования карабахского конфликта, который был заморожен ценой жизни лидеров союза «Миаснутюн».
Все остальное тз области предположений. Говорят, что вышеуказанные лидеры должны были повести нашу страну по пути процветания, или они готовились серьезнейшим образом бороться против коррупции. Все это сказки, которые, в лучшем случае, из серии «иди умри, приди - полюблю» (перевод армянского выражения «гна мери, ари сирем» - ред.).
Иллюзией является и то, что, если бы Нири Унаняна или его брата «хорошенько допросили», они бы сообщили, кто был заказчиком этого ужасающего преступления. «Лучше» Гагика Джангиряна их никто бы не допросил – команда бывшего военного прокурора имела в этом плане большой опыт.
Безусловно, Наири побудили к этому терористическому акту, но так, что он и не осознавал, что выполняет чужую волю. Следовательно, работали очень профессиональные люди. Косвенным доказательством этому служит и то, что после «27 октября», при сомнительных обстоятельствах, из жизни ушли многочисленные участники и свидетели тех событий, которые могли пролить свет на это дело.
В жизни часто бывает, что на фоне общей трагедии есть и комические эпизоды. В этом случае действующими лицами подобного эпизода были добровольцы «Еркрапа». После террористического акта они собирались, «пенились», матерились и угрожали, что не сегодня, так завтра свергнут Роберта Кочаряна, выступят с ужасающим заявлением.
Однако ничего не произошло: Манвел Григорян и Сейран Сароян обольстились должностями и новыми экономическими привилегиями, затем Джангирян стал заместителем генерального прокурора, и все «сгладилось».
Лично я рад, что добровольцы «Еркрапа» не осуществили следующий переворот. Во-первых, ничего хорошего из подобных переворотов не выходит, а во-вторых – Манвел и Сейран ничем не лучше Кочаряна».
Газета «Жаманак» пишет: «По делу 27 октября ощущается нехватка чего-то, того, что, вовсе не выше наших сил как общества и государства.
Это вопрос политической ответственности за происходящее. Как бы ни было странно, общество, скорбящее по смерти 8 чиновников, когда десятки тысяч вышли на улицы для того, чтобы в последний раз попрощаться с ними, так и не поставило вопрос о политической ответственности за преступление, повлекшее смерть этих чиновников.
И проблема здесь отнюдь не соучастие. Не стоит сейчас делать лишние утверждения без фактических оснований, тем более, что такие утверждения были сделаны, делаются и будут делаться.
Речь идет о политической ответственности нынешних властей за произошедшее, поскольку в стране произошло масштабное, дерзкое и циничное преступление, авторы которого как будто не встретили своем пути никаких сложностей.
Если для привлечения к правовой ответственности требуется серьезная профессиональная работа, как бы некоторые ни считали это делом уровня «участкового», то для привлечения к политической ответственности всего лишь необходимы общественно-политическая воля, принципиальность, последовательность».








