Ответ Раффи Ованнисяна на заявления Сержа Саргсяна: «Предложение о том, что я сказал, что не выиграл – ложь» (видео)

Раффи Ованнисян вовсе не обижен на мир, и абсолютно не чувствует голода. Этими словами начал свою речь на сегодняшней встрече с журналистами на площади Свободы в Ереване лидер партии «Наследие» Раффи Ованнисян, отвечая на вчерашние заявления Сержа Саргсяна, сделанные последним на встрече с представителями СМИ.

«Я ни голоден, ни обижен, а уполномочен поддержкой и доверием преобладающего большинства армянского народа», - сказал в качестве предисловия Раффи Ованнисян, который отметил, что ему очень жаль, что Серж Саргсян посчитал удобным высмеять его приветствие /«привет»-революция/, улыбку, и что самое ужасное, голоса народа, начав арифметические анализы касательно того, сколько человек есть на площади.

«У меня у самого есть проблемы со зрением, но не стоит опускаться до 3000», - сказал он, что было воспринято собравшимися на площади Свободы людьми аплодисментами.

Обращаясь к заявлению Сержа Саргясна о том, что сегодня на площади Свободы в 10 раз меньше людей, чем 5 лет назад, когда, по его словам, собиралось 30 000 человек, а сейчас 3000, Раффи Ованнисян сказал, что и тогда было намного больше, и сейчас.

Он отметил, что из слов Сержа Саргсяна можно понять, что, если на площади соберется 100 000 человек, то он «доставит себе неудобство» и придет, впечатлившись этой цифрой.

Раффи Ованнисян отметил, что не обязательно констатировать свою многочисленную победу на площади. «Мы повсюду: на улицах, во время прогулок, в автобусах, на концертах, в областях, университетах. Победа повсюду», - сказал он.

Обращаясь к заявлению Сержа Саргсяна, Раффи Ованнисян отметил, что последний приписывает ему непристойные слова, мат, и это в том случае, когда непристойность допущена действующим президентом 18 февраля, посредством кражи голосов, фальсификаций, принятием спешных поздравлений с «шампанским или без».

По словам Раффи Ованнисяна, только тот факт, что пропагандистские материалы главы правящей партии с лозунгом «Вперед к обеспеченной Армении» находились внутри и снаружи общественных и государственных зданий, само собой неудовлетворительно, и обязательно должно привести к изменению результатов выборов в стране.

Раффи Ованнисян добавил, что в «стране Мартенса» (имеет в виду председателя Европейской народной партии Вилфрида Мартенса – Tert.am) или в другой развитой стране этого факта было бы достаточно для того, чтобы считать выборы незаконными.

Раффи Ованнисян выразил свою радость по поводу того, что ныне они находятся на открытом (имеет в виду на площади – Tert.am) этапе.

«Мы находимся в открытом обществе, и мы оба в ответе за наши слова», - сказал Раффи Ованнисян.

Он вновь обратился ко встрече с Сержем Саргсяном.

«Предложение о том, что я сказал, что не выиграл – ложь», - заявил Раффи Ованнисян и добавил: «Я сказал, что выборы сфальсифицированы, господин Саргсян, и лучше всех это известно Вам. Ваша арифметика не соответствует действительности, и поэтому предлагаю, по Вашему полномочию, открыть избирательные урны и увидеть, каков истинный результат, даже со вбросами».

Но для того, чтобы беседа была в рамках взаимного уважения, а не риторики, Раффи Ованнисян предложил абстрагироваться от этих 58%.

«Вы раньше времени приняли поздравления. А я сказал, что и у меня преувеличение, что я победил с 80%. Я добавил, что каждый из нас представляет значительные части народа, и представил свои предложения», - отметил Раффи Ованнисян.

После этого он предложил, чтобы Серж Саргсян назначил второй тур, чтобы вдвое, лицом к лицу дискутировать в реальной жизни или на телевидении, чтобы никто не приписывал себе правду в последней инстанции. Предложение было отвергнуто, та же участь постигла и другого предложения о том, чтобы Серж Саргсян остался де-факто президентом, однако в течение года был распущен парламент и проведены выборы по 100%-ой пропорциональной избирательной системе.

Раффи Ованнисян сказал, что ложны и слова Сержа Саргсяна о том, что Раффи Ованнисян принял и даже обсудил предложенный Сержем Саргсяном 3-ий вариант.

«Ни он, ни я никогда не обсуждали мое участие в составе власти или какой-либо правительственной работе, и именно он согласился с тем, что это неправильно», - сказал Раффи Ованнисян.

В конце беседы он констатировал, что, фактически, Серж Саргсян отверг его и, следовательно, в повестке ничего нет. Лидер «Наследия» также отметил, что обязан представить народу свои предложения, которые после этого отказа исчерпаны и потеряли свою силу.

Раффи Ованнисян напомнил, что после этой встречи пресс-служба президента так представляла ее, как будто Раффи Ованнисян хотел, чтобы встреча была закрытой. Он сказал, что это результат монтажа.

Он также отметил, что по итогам встречи с Сержем Саргсяном у них какой-либо договоренности не было по поводу того, что они должны отправить друг другу какой-либо документ.

После возвращения на площадь Свободы история известна: Серж Саргсян не посчитал целесообразным прийти, и до 10 марта, когда Раффи Ованнисян объявил голодовку, не приглашал его к себе.

Раффи Ованнисян отметил, что на этом этапе решающей борьбы были разные опосредованные предложения, которые касались того, как организовать встречу Серж Саргсян-Раффи Ованнисян, а также выход Ованнисяна из площади Свободы.

Раффи Ованнисян сказал, что для него предпочтительнее площадь Свободы и встреча на глазах у народа, что могло стать красивой традицией политического диалога.

Затем было посещение спикера парламента, в ответ на что Ованнисян отметил, что не приемлет посредников и посланцев.

На следующий день Овик Абраанян передал Армену Мартиросяну закрытый конверт, в котором был меморандум о создании Конституционного совета, после чего, спустя 2-3 года, должны были быть проведены конституционные реформы. По мнению Раффи Ованнисяна, это высмеивание народного пробуждения.

Раффи Ованнисян после всего этого ожидает, что встреча с Сержем Саргсяном должна быть открытой, прозрачной и на глазах у народа.
 

После этого позвонил глава аппарата президента и передал Армену Мартиросяну, что Серж Саргсян приглашает Раффи Ованнисяна в свою резиденцию. Ответом на это было то, что он уже на площади Свободы и, следовательно, предложение было отвергнуто.