Это новая, террористическая война - Мигран Акопян о диверсиях Азербайджана
Азербайджановед Мигран Акопян в беседе с Тert.am, коснувшись последних диверсий ВС Азербайджана и человеческих жертв противника, как следствие подобных действий, отметил, что в Азербайджане наблюдается спад настроений, поскольку заявления президента этой страны относительно мощи вооруженных сил отныне не соответствуют действительности. Он также сказал, что это новый вид войны, который качественно отличается от войны начала 1990-х годов. Это, по его словам, террористическая война, которая похожа на арабо-израильский конфликт, где мало широкомасштабных действий, а основные действия осуществляются маленькими, но хорошо организованными группами в приграничных боях.
- ВС Азербайджана, вследствие организованной ими же диверсии, за последние дни претерпели множество потерь. Какие настроения, по Вашему мнению, господствуют в Азербайджане? Не относятся ли заявления Ильхама Алиева об их армии к мифическому жанру?
- В Азербайджане, в действительности, наблюдается спад настроений. Последние события показали, что пропагандистские работы Алиева, адресованные внутренней аудитории, привели к обратно противоположным результатам. Люди поверили в силу национальной армии и решение карабахского вопроса посредством применения силы, однако жизнь показала, что риторические заявления руководства Азербайджана не соответствуют действительности. За 2-3 ВС Азербайджана потеряли на линии соприкосновения 25-30 воинов. Общественное разочарование в любой стране приводит к серьезным последствиям. Именно это является основной причиной того, что азербайджанские СМИ распространяют ложную информацию относительно числа погибших с армянской стороны.
- Вы сказали о разочаровании. Как Вы оцениваете деятельность руководства Азербайджана в пропагандистской сфере?
- Власти Азербайджана пытаются найти пути выхода из сложившейся ситуации. С одной стороны, необходимо создавать легенды для объяснения последних потерь, а, с другой стороны, необходимо не позволить, чтобы у азербайджанского народа усугубились подозрения относительно того, что вклады в оборонную сферу, которые исчисляется в нескольких миллиардах долларов, широкомасштабное вооружение не нарушили каким-либо образом военный баланс, не предоставляя ни стратегического, ни тактического преимущества ВС Азербайджана.
Более того, на протяжении многих лет из уст народа Азербайджана и, в первую очередь, от президента Азербайджана звучали заявления, что армянская армия плохо вооружена, голодает, есть нехватка топлива, технически не оснащена, а сейчас выясняется, что эта армия действует эффективнее, чем разрекламированная азербайджанская. А найти этому объяснение не очень-то и легко…
– Что должна предпринять в сложившейся ситуации армянская сторона?
Не хотелось бы, чтобы мы упивались информацией об азербайджанских жертвах. Это имеет наркотический эффект и не содержит ничего полезного для нас. Перед нами все еще стоит задача - осознать, что мы воюем, это новый вид войны - война, качественно отличающаяся от войны начала 1990-х гг. Перед Азербайджаном стоит задача держать в напряжении этот вопрос, последние же действия лишь по форме носят разведывательно-диверсионный характер, а по содержанию – это террористическая война. Мы должны суметь правильно оценить ситуацию и подготовить общество к новым событиям. В некотором плане эта война напоминает в свое время арабо-израильскую войну, когда широкомасштабных действии бывает мало, а основные действия разворачиваются небольшими, но хорошо подготовленными группами в боях на границе.
– Как Вы считаете, как повлияют последние диверсионные нападения на переговорный процесс по Карабаху?
Азербайджан поневоле изменил содержание переговоров, проходящих при посредничестве Минской группы ОБСЕ. Можно предположить, что отныне первостепенными будут не переговоры по окончательному урегулированию, а переутверждение соглашения 1994г. о прекращении огня. Сложно сказать, рассчитывал ли официальный Баку оказаться в этом капкане или нет, но вероятность того, что основной темой ближайших переговоров будет переутверждение соглашения о режиме прекращения огня весьма велика, отбросив на задний план обсуждение «Мадридских принципов» и аналогичных документов.








